В этом многоквартирном доме соседствуют современное искусство и достояние 80-90-х. Сюда приходят взрослые, которые скучают по эпохе Советского Союза и молодежь, не заставшая тех времен. Сумерки, круг сидящих на холодной земле подростков, одинокий двор и крики: "Даша, быстрее, лезь выше!". Присоединяйтесь к походу старшеклассников на Пушкинскую 10.
После восьмого урока 10 журналистский класс 309 школы рванул в раздевалку. Шум, толкотня, шорох пакетов и нервное поглядывание на закат за окном. Скучные свитера летят в стороны, а из пакетов
появляется пестрая ткань. Ангелина натягивает
платье с геометрическими оранжевыми рисунками, Лиза ожерелье с ракушками. Ваня и Эвелина повязывают банданы, звенят цепями и скрипят своими кожанками. Спокойные и рассудительные гуманитарии превращаются в ярких и опьяненных жизнью хиппи и рокеров.
Оставив сменку в раздевалке (а кто-то с нею в руках), вываливаемся на улицу, начинаем друг друга пересчитывать. Где Ангелина? Дуся? Голосовые в чат, поиски пропавших,
легкое волнение. Как только все находятся, бурлящая толпа подростков бежит к остановке. Влетаем в отъезжающий автобус. Душно. Выпрыгиваем и бежим даже на красный, сливаясь с тенями домов. Находим нужную арку. За ней – здание с необычным треугольным входом и двумя дверями - это Пушкинская 10.
"Трип" начинается...
После восьмого урока 10 журналистский класс 309 школы рванул в раздевалку. Шум,
толкотня, шорох пакетов и нервное поглядывание на закат за окном. Скучные свитера летят в стороны,
а из пакетов появляется пестрая
ткань. Ангелина натягивает платье
с геометрическими оранжевыми рисунками, Лиза ожерелье с ракушками. Ваня и Эвелина повязывают банданы, звенят
цепями и скрипят своими
кожанками. Спокойные и рассудительные гуманитарии превращаются в ярких и
опьяненных жизнью хиппи
и рокеров.
По данным официального сайта – это один из старейших арт-центров города, который был основан в 1989 году художниками. Они не признавали смешения творчества и идеологии, но этого требовало государство. Поэтому их называли любителями, а выставки таких живописцев устраивали редко. Тогда они стали творить подпольно. Когда скрываться надоело, художники решили сквоттировать, то есть захватить для творческих целей пустующий дом в центре Петербурга.


В этом месте находится музей нонконформистского искусства, с заместителем директора которого, удалось поговорить. Елизавета Ординарцева рассказала, что в 90-е таких зданий по городу было достаточно, но художники в них не приживались – их попросту разгоняли. Из всех сквоттов устоять смогла только «Пушкинская 10». Новые жители отчаянно боролись за право остаться в доме. В эфире радио «Свобода» один из основателей арт-центра Сергей Ковальский шутил, что «Пушкинская 10» покидает состав Советского Союза и становится независимой территорией.


Tilda Publishing
В арт-центре считают, что если бы в тот момент художников выселили – это означало бы, что России свобода не нужна, а перестройка – пустые слова. В итоге в 1998 году власти решили пойти на компромисс,
и захваченный для творчества дом превратился в легальный арт-центр, единственный на тот момент в Санкт-Петербурге. Поэтому получилось так, что всё современное искусство города взяло свое начало на «Пушкинской 10». Например, первый состав музея «Эрарта» собрали из бывших экспонатов арт-центра.
Сегодня здесь находится несколько галерей и примерно сорок мастерских художников и музыкантов. Выставки меняются каждые два месяца. Именно там мы фотографировались для первого выпуска газеты «Эпиграф».
Подбегаю, открываю дверь и держу ее для других. Все, как в детской игре, паровозиком забегают внутрь.

Останавливаемся у девушки за стойкой. Молодая брюнетка будто немного пугается, увидев затекшую
в здание массу людей. Нам раздают билеты,
будто карты перед азартной игрой, каждый исчезает
в чьих-то руках, едва попав на стол. Минуем проходную и попадаем на заветный двор.
Сваливаем вещи на какую-то лестницу. Так холодно, что изо рта летят белые клубы пара. Фотограф Даша уже делает первые пробные снимки. Съемка началась. Смех, выкрикивания идей, мурашки от холода и запах сырости. Вдруг появляется идея сесть вместе на землю. Кто-то бормочет про грязный асфальт, кто-то про холод, но все-таки рассаживаемся в круг. Сели. Тут Даша говорит, что недостаточно света, нужно расположиться левее. Еще левее. Еще. Наконец, устроились. Но оказывается, что теперь фотографу нужно залезть повыше, чтобы сделать снимок с нужного ракурса. С земли не вариант, так что приходится использовать лестницу, чтобы забраться повыше.
Еще выше.


На улице съемку закончили, подбираем заледеневшие пальто, сумки, идем на лестницу самого арт-центра. Оставляем верхнюю одежду и сумки раскиданными на подоконнике третьего этажа, а сами поднимаемся выше. На последнем, пятом, находим «свою локацию».
Здравствуйте, – к нам поднимается женщина, прищуриваясь и слегка улыбаясь – Хотела узнать, что это вы тут шумите. Не пишете на стенах?

– Нет, что вы! Мы фотографии делаем для школьной газеты.
– Понятно-понятно. Не надо писать, а то тут и так ходят, пишут всякое.


Оказалось, что это охранница.
Она рассказала о выставках, поинтересовалась, видели ли мы экспонаты в движении. По ее взгляду было видно, что ей очень хотелось показать их нам. Но мы, к сожалению, были заняты, так что мы пообещали, что посмотрим в следующий раз.
Так и случилось.


На часах уже почти 19:00. Все устали. Присели на ступеньки и стали смотреть получившиеся фотографии, кто-то даже полуприлег на подоконник с вещами. Посидели. Сделали еще пару снимков. Расходиться не хотелось вообще. Тем более, что на первом этаже только-только открылся потрясающий музей Битлз. Но, похоже, уже в другой раз...